Понедельник, 20 ноября 2017 18+

Понимание геологии ХМАО с газпромовского ракурса

Опубликовано: 14 октября 2013, 18:05 | Служба новостей "ЮграPRO"

Интервью с руководителем дирекции по геологоразведочным работам и развитию ресурсной базы «Газпром нефти» Алексеем Вашкевичем.

Российские компании все большее внимание обращают на разработку сланцевой нефти. В августе «Газпром нефть» приняла программу работ по изучению залежей бажено-абалакского комплекса на своем участке Красноленинского месторождения, готовится к бурению на сланец СП «Газпром нефти» и Shell — Salym Petroleum Development. О том, сколько компания планирует вложить в разработку сланцев и чем будет заниматься новое СП с Shell, рассказал директор дирекции по геологоразведочным работам и развитию ресурсной базы «Газпром нефти» Алексей Вашкевич.

— Какова сейчас доля трудноизвлекаемой нефти в общих запасах «Газпром нефти» и сколько приходится на сланцевую нефть?

— После детального анализа нашей ресурсной базы мы пришли к выводу, что к трудноизвлекаемым надо отнести как минимум две категории запасов. В первую входят те, которые понятны с точки зрения геологии, но которые сложно разрабатывать. Это пласты с очень низкой мощностью, с плохими фильтрационно-емкостными свойствами, подмоченные, подгазовые и краевые залежи. То есть запасы, оставшиеся после извлечения относительно легкодоступной нефти. Еще совсем недавно работа с ними считалась экономически неэффективной, а сейчас все компании стараются их активно осваивать. В данную категорию входит примерно треть запасов «Газпром нефти» по категории С1 — около 500 млн тонн.

Ко второй группе относятся так называемые нетрадиционные запасы, включая сланцевую нефть — углеводороды фроловской, бажено-абалакской, тюменской свиты и доюрский фундамент. Пока этих запасов немного — около 50 млн тонн по категории С1, так как долгое время они также считались забалансовыми, их не изучали и не брали в расчет. В ХМАО при бурении скважин баженовская свита, как правило, не была целевым горизонтом, не исследовалась, и соответственно эти запасы не попадали на баланс. Такая работа начинается только сейчас. Например, на лицензионном участке Salym Petroleum Development на Верхнем Салыме сейчас числится меньше 1 млн тонн нефти в баженовском горизонте. Но после проведения ГРР, возможно, мы сможем нарастить объем этих запасов уже до 50 млн тонн.

— Сколько компания готова потрать на ГРР по проектам, связанным со сланцевой нефтью?

— На развитие двух проектов — Пальяновской площади Красноленинского месторождения и Салымский проект — «Газпром нефть» в 2014–2015 годах планирует направить около 3 млрд рублей. Помимо этого ведутся общие тематические работы по геологическому изучению перспективных зон сланцевой нефти в ХМАО. В следующем году в это предполагаем инвестировать еще примерно 300 млн рублей.

— Наибольших результатов по сланцевой нефти «Газпром нефть» добилась на Пальяновской площади Красноленинского месторождения, где получен фонтанирующий приток нефти с бажено-абалакского горизонта. Сохранился ли его дебит? Подтвердилось ли, что это нефть с баженовской свиты?

— Дебит по-прежнему держится на уровне 80 тонн в сутки. Исследования, в том числе по биомаркерам, показали, что да, это нефть бажено-абалакского комплекса. А поступает ли вместе с ней нефть с транзитных зон и соседних горизонтов — этого, я думаю, мы никогда не узнаем.

— Почему на Красноленинское вы не пригласили Shell?

— Shell — ведущая компания мира, которая участвует в 80% проектов по разработке нетрадиционных запасов углеводородов. Тем не менее у нас были свои гипотезы, которые мы хотели проверить. Результаты оказались очень неплохими и позволили значительно улучшить понимание геологии ХМАО. Сейчас мы продолжаем работу по выявлению на наших активах участков, подобных Пальяновской площади, которые раньше не рассматривались нами как целевые. Эти исследования мы ведем самостоятельно. А СП с Shell создавалось в первую очередь для работы на новых лицензионных участках.

— Какова будет дальнейшая программа работы на Пальяновской площади?

— Мы утвердили программу работ для дальнейшего изучения залежей нефти бажено-абалакского комплекса Пальяновской площади. В течение ближайшего года там будет пробурено еще четыре наклонно-направленные скважины глубиной 3 тысячи метров.

— Почему Salym Petroleum Development так долго не начинает бурение на бажен? Там требуется какая-то особенная подготовка?

— На Пальяновской площади бурилась наклонно-направленная скважина, что позволило использовать уже известные наработки. Для салымского бажена предполагается бурение горизонтальных скважин, так что многое будет делаться впервые — перед нами стоят серьезные технические вызовы. Вообще, решения, которые используются на традиционных запасах, далеко не всегда подходят для бажена. Сейчас проводятся расчеты, вырабатывается стратегия, подбираются специализированные подрядчики, оборудование. Правильное бурение горизонтальных скважин на бажене — это, в принципе, залог успеха разработки таких пластов.

Первая скважина будет пробурена уже в декабре-январе. На первом этапе в течение 2014 года предполагается последовательное бурение пяти скважин на глубину 3,6–3,8 тысячи метров с длиной горизонтального участка от 0,5 до 1,5 тысячи метров. Далее планируется проведение мультистадийных ГРП — от пяти до десяти стадий на скважину.

— Когда может начаться промышленная добыча сланцевой нефти на Салыме?

— Если наши ожидания подтвердятся, то в конце 2014 года можно будет приступать ко второй фазе проекта, которая предполагает бурение 16–18 скважин.

Сейчас наша задача — опробовать технологию и пройти так называемые долгосрочные тесты. В течение первой фазы необходимо понять, как долго могут продержаться стартовые дебиты. Мы знаем примеры, когда значительное падение дебитов происходит уже в первые недели работы скважин. И каждый раз, к сожалению, это достаточно уникальное явление, которое зависит от целого ряда факторов.

— В какой стадии находится создание нового совместного предприятия с Shell по разработке сланцевой нефти в ХМАО, о котором компании договорились весной этого года?

— Предприятие уже работает. Сейчас компании определяют стратегию и изучают участки нераспределенного фонда.

— Каков, по вашим расчетам, ресурсный потенциал сланцевой нефти в ХМАО, находящийся в нераспределенном фонде?

— К сожалению, мы имеем доступ далеко не ко всей информации. Звучат самые разные оценки ресурсов нераспределенного фонда ХМАО, но, по нашему мнению, наиболее верные находятся в диапазоне 8–10 млрд тонн. С учетом всех рисков это может дать 300–500 млн тонн извлекаемых запасов сланцевой нефти.

— Недавно звучало мнение, что Россия может столкнуться с нехваткой буровых в случае, если все российские компании резко захотят разрабатывать сланцевую нефть. Вы согласны с таким утверждением?

— Сейчас 85% мирового парка буровых установок сосредоточено в США, причем 70% из них задействованы в проектах по сланцевой нефти. Но нужно учитывать, что у американцев развитие таких проектов вызвало резкий скачок в объемах бурения.

В России, я думаю, произойдет достаточно плавный переход от разработки традиционных запасов к нетрадиционным. Для нас более актуальна другая проблема — стремительное старение парка буровых установок, средний возраст которых составляет 20–25 лет. Так что выбытие буровых мощностей происходит довольно высокими темпами. Модернизация сервисных компаний началась после 2004–2005 годов, но остановилась на период кризиса, хотя сейчас постепенно восстанавливается.

— Недавно приняты поправки в Налоговый кодекс, устанавливающие нулевую ставку для добычи нефти из баженовской свиты и ее аналогов. Насколько эта мера компенсирует высокую себестоимость добычи сланцевой нефти?

— Без этих льгот те проекты, которые мы сегодня начинаем реализовывать, были бы, наверное, вовсе неосуществимы. Но пока Россия только в начале пути в освоении сланцевой нефти. Возможно, через какое-то время баженовская формация станет более доступной или, наоборот, потребует дополнительных стимулов.

Когда начиналось бурение на одном из основных проектов по добыче сланцевой нефти в мире — месторождении Баккен в Америке, — средняя цена, позволяющая обеспечивать его безубыточность, составляла 100–105 долларов за баррель. Сегодня за счет совершенствования технологий, за счет развития конкуренции среди сервисных компаний и повышения качества сервиса эта цена снизилась до 60–80 долларов. Соответственно, и налоговая политика в отношении таких проектов также гибко меняется.

В России цена разработки баженовской свиты гораздо выше, чем на Баккене, так что нулевой НДПИ — это необходимое условие для начала реализации подобных проектов. Дополнительным стимулом могут стать вычеты из НДПИ затрат на ГРР — это тоже повысит интерес к региональному изучению баженовских отложений. Так что существующая система позволяет нам двигаться вперед, но окончательно сказать, какие условия потребуются для рентабельной разработки запасов сланцевой нефти в России, пока сложно.

Рубрики: Интервью, ТЭК. Метки: , , .


Рейтинг новости:

263
Просмотры:
4
Поделились:
3 Итого:
Ваша оценка:
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*


Наверх ↑