Среда, 21 августа 2019 18+

Конвейер инноваций в нефтянке

Опубликовано: 13 июня 2013, 16:44 | Служба новостей ЮграPRO

Интервью начальника департамента стратегического планирования «Газпром нефти» Сергея Вакуленко.

— Недавно в «Газпром нефти» была утверждена программа инновационного развития до 2020 года. Что на сей раз в приоритете?

— Документ является в каком-то смысле «наследником» глав об инновациях в нефтяном бизнесе. Одним из приоритетных направлений инновационного развития компании в сегменте разведки и добычи является эффективная разработка трудноизвлекаемых запасов.

— Какие мероприятия по модернизации заводов предусмотрены программой?

— Если говорить об НПЗ, то вся программа модернизации включает в себя две крупные волны реконструкции. Первая — это реализация программы качества, в рамках которой были построены установки облагораживания топлива. Это позволяет нам к середине текущего года перевести все заводы на выпуск топлива класса 5. Второй этап модернизации, который как раз и нашел отражение в стратегии инновационного развития, — повышение глубины переработки нефти.

— Какие работы предусмотрены по повышению нефтеотдачи?

— Примером использования технологии для повышения нефтеотдачи можно назвать метод полимер-щелочного заводнения, который нам предлагает использовать Shell. Технология уже активно применяется в Канаде, Китае, опытные работы проходят в Омане. Если объяснять на пальцах, низкий коэффициент извлечения нефти (КИН) связан в том числе с тем, что нефть прилипает к породе и остается в пласте. Основная идея новой технологии — закачивать в скважину не воду, а определенный коктейль из химических составов для повышения КИН. Входящая в состав коктейля щелочь подготавливает породу и, взаимодействуя с нефтью, усиливает эффект дополнительно закачиваемого поверхностно активного вещества, которое отдирает нефть.

— То есть получается эффект мыла?

— Да, совершенно верно. Сначала сода, потом мыло — образуется эмульсия, взвесь капелек нефти в воде, как масло на сковороде при добавлении моющего средства. Если после этого вытеснять эмульсию просто водой, то она будет обтекать образовавшиеся капельки нефти, а если добавить некий загущающий компонент, то он будет выталкивать капли, как поршень. Затем нагнетается обычная вода, которая толкает образовавшийся «тромб». Это называется химическим заводнением.

— Наверняка возникнут вопросы — не вредно ли это для грунтовых вод.

— На качество грунтовых вод это никак не повлияет. Составы закачиваются ровно в тот пласт, в котором уже есть нефть. А он по определению изолирован, ведь иначе нефть тоже попадала бы в грунтовые воды, а она — куда более опасный загрязнитель. К тому же заводнение происходит на глубинах 2-3 километров.

— В каких регионах планируется применять эту технологию?

— Сейчас мы рассматриваем потенциал ее применения в ХМАО и ЯНАО. Так как ее предлагает Shell, пилотным будет проект на Салымском месторождении, которое разрабатывает СП Shell и «Газпром нефти» — Salym Petroleum Development. Дополнительные объемы нефти, которые мы получим за счет использования этой технологии, смогут значительно — на 10-15 лет — увеличить срок эффективной разработки Салымских месторождений. Мы договорились, что наши специалисты будут принимать непосредственное участие на всех этапах работы, чтобы понимать, как подбираются смеси, компоненты, растворы и так далее. В случае успешного применения технологии мы рассчитываем начать ее использование и на собственных месторождениях.

— Придется ли модернизировать добычные мощности для применения новой технологии?

— Не исключено, что будет принято решение пробурить несколько дополнительных скважин, чтобы эффективнее закачивать «коктейль» в пласт. Также придется размещать на месторождении блоки для смешения и закачки смеси.

— Вы реализуете с Shell еще один проект на Салыме — по разработке запасов сланцевой нефти.

— Да. Кроме этого, мы в апреле заключили с ними соглашение о развитии новых проектов в этой области. Участков, где есть перспективы разработки запасов легкой нефти низкопроницаемых пластов, которую часто называют сланцевой, довольно много, а привлечение надежного партнера позволит нам вдвое расширить программу работы. Всем понятно, что чем большая площадь будет охвачена исследованиями, тем выше вероятность сформировать портфель эффективно работающих активов. Давно известно, что в российских недрах залегает огромная баженовско-абалакская свита, запасы углеводородов которой составляют миллиарды тонн. Но пока не до конца ясно, сколько этой нефти можно извлечь. Это еще предстоит понять, и технологии будут играть в этом вопросе решающую роль. К примеру, используя скважины с разной архитектурой управляемого гидроразрыва, мы начинаем добираться до тех запасов, которые раньше считались вообще невовлекаемыми в разработку. Конструкция гидроразрывов в отложениях баженовской свиты и на ТРИЗ в традиционных пластах разная, но эти две смежные технологии действительно сильно увеличивают российскую производственную базу. Не возьмусь считать по всей стране, но для себя мы оцениваем их возможный вклад примерно в 10–15% нашей добычи на горизонте 2020 года, а это 10–15 млн тонн. Причем, это еще довольно консервативный сценарий.

— Отражена ли в программе тема утилизации попутного нефтяного газа?

— Конечно. Мы работаем в двух направлениях. Первое — это утилизация ПНГ для энергообеспечения наших промыслов. Второе — разработка технологии GTL, то есть конверсии газа в жидкость. В принципе, технология GTL используется уже 85 лет, но проблема в том, что попутный газ нестабилен по составу, к тому же традиционная установка GTL выпускает достаточно высокомолекулярные соединения, которые для превращения в товарные продукты необходимо подвергать крекингу.

Рубрики: Интервью, ТЭК. Метки: , , .


Рейтинг новости:

847
Просмотры:
10
Поделились:
4 Итого:
Ваша оценка:
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

*


Наверх ↑